но главным образом, из-за казавшихся испуганными дам. — Конечно, если вы предпочитаете отнести мои слова на свой счет, то это ваше личное дело. Думаю, — добавил он, также улыбнувшись, -— что леди находят эту тему утомительной?
— Возможно, мы будем иметь удовольствие продолжить ее в их отсутствие?
— О, как вам будет угодно, — последовал равнодушный ответ. — Каррутерс, могу я попросить вас передать соль? Леди О'Каллаган на днях жаловалась на злоупотребление соли в португальской кухне. Но я пока что этого злоупотребления не замечал.
— Не могу понять жалоб леди О'Каллаган на избыток соли в чем бы то ни было, будь я проклят! — усмехнулся
О'Мой. — Если бы вы слышали историю, которую она мне рассказала о...
— Теренс, дорогой мой! — остановила его супруга, приподняв свои прекрасные брови.
— Честное слово, мы движемся от плохого к еще худшему, — заметил Каррутерс. — Может быть, вы попытаетесь улучшить характер беседы, мисс Армитейдж? Это становит-ся необходимым.
Последовавший смех сломал лед напряжения, воцарившегося за столом, и вновь восстановленная внешне доброжелательная атмосфера сохранялась до конца трапезы. Наконец дамы поднялись и, оставив мужчин за столом, зашагали в сторону террасы. Но под аркой Сильвия остановила кузину.
— Уна, — серьезно сказала она, — тебе бы лучше позвать капитана Тремейна и увести его с собой.
Глаза леди О'Мой широко открылись.
— Зачем? — спросила она.
Мисс Армитейдж охватило раздражение.
— Неужели ты не понимаешь? Ссора между Тремейном и графом лишь временно затихла и сейчас вспыхнет снова, если только ты не уведешь капитана.
Уна посмотрела на кузину, как всегда думая далеко не о самом важном. Ее взгляд стал игривым.
— За кого ты беспокоишься? За графа Самовала или за Неда? — спросила она и добавила со смехом: — Тебе незачем отвечать — я знаю, что ты боишься за Неда.
— Я ничуть за него не боюсь, — с возмущением ответила