уважение, — в его голосе слышалась настойчивость и почти что мольба.
— С какой целью, сэр? Слова сэра Теренса частично подтверждены показаниями сержанта Флинна и дворецкого Маллинса. Так как сэр Теренс в ту ночь писал письмо генералу, несомненно, тема этого послания была именно той, которую он назвал, так как мне известно, что из всех наших дел это было самым неотложным. Естественно, сэр Теренс не стал бы писать подобное письмо, не имея рядом с собой документов. Так. что, вызывать генерала значило бы напрасно тратить время суда. Очевидно, я ошибся и должен это признать.
— Но как же вы могли так ошибиться? — вмешался председатель.
— Понимаю, что вам нелегко в это поверить, но это так.
Я ошибся.
— Отлично, сэр. — Сэр Хэрри сделал паузу и добавил: — Суд будет рад выслушать ваш ответ на другие показания, опровергающие ваше заявление в собственную защиту.
— Мне больше нечего сказать, — промолвил Тремейн. Нечего? — Председатель, казалось, пришел в ужас.
— Нечего, сэр.
Полковник Флетчер склонился вперед, пытаясь уговорить его.
— Капитан Тремейн, — сказал он, — умоляю вас осознать серьезность вашего положения.
— Уверяю вас, сэр, что полностью осознаю ее.
— Вы понимаете, что ваш отчет о пребывании в Монсан-ту в течение того получаса опровергнут? Вы слышали показания рядового Бейтса, где утверждалось, что в то время, когда вы, по вашим словам, работали в служебных помещениях, окна этих помещений оставались темными? Вы слышали заявление сэра Теренса, что документы, над которыми вы, как утверждали, работали, находились в то время в его распоряжении? Понимаете ли вы, какой вывод вынужден сделать из всего этого суд?
— Такой, какой ему будет угодно, — спокойно ответил капитан.
— Капитан Тремейн, — вмешался сэр Теренс, — я хотел бы добавить к словам вашего полковйика и мое предупреждение. Ваше положение становится крайне опасным. Если вы утаиваете что-либо,