с ним. Вечером он напомнил Коковкиной о завтрашних именинах.
– Чуть не забыла, – сказала Коковкина. – Схожу. Девушка-то она такая милая.
И впрямь, когда Саша вернулся из гимназии, Коковкина ушла к Хрипачам. Сашу радовала мысль, что на этот раз он помог удалить Коковкину из дому. Уже он был уверен, что Людмила найдет время притти.
Так и сталось, – Людмила пришла. Она поцеловала Сашу в щеку, дала ему поцеловать руку и весело засмеялась, а он зарделся. От Людмилиных одежд веял аромат влажный, сладкий, цветочный, – розирис, плотский и сладострастный ирис, растворенный в сладкомечтающих розах. Людмила принесла узенькую коробку в тонкой бумаге, сквозь которую просвечивал желтоватый рисунок. Села, положила коробку к себе на колени и лукаво поглядела на Сашу.
– Финики любишь? – спросила она.
– Уважаю, – сказал Саша со смешливою гримасою.
– Ну, вот я тебя и угощу, – важно сказала Людмила.
Она развязала коробку и сказала:
– Ешь!
Сама вынимала из коробки по ягодке, вкладывала их Саше в рот и после каждой заставляла целовать ей руку. Саша сказал:
– Да у меня губы стали сладкие!
– Что за беда, что сладкие, целуй себе на здоровье, – весело ответила Людмила, – я не обижусь.
– Уж лучше же я вам сразу отцелую, – сказал Саша смеючись. И потянулся было сам за ягодою.
– Обманешь, обманешь! – закричала Людмила, проворно захлопнула коробку и ударила Сашу по пальцам.
– Ну, вот еще, я – честный, уж я-то не обману, – уверял Саша.
– Нет, нет, не поверю, – твердила Людмила.
– Ну, хотите, вперед отцелую? – предложил Саша.
– Вот это похоже на дело, – радостно сказала Людмила, – целуй.
Она протянула Саше руку. Саша взял ее тонкие, длинные пальцы, поцеловал один раз и спросил с лукавою усмешкою, не выпуская ее руки:
– А вы не обманете, Людмилочка?
– А нешто я не честная! – весело ответила Людмила, – небось, не обману, целуй без сомнения.
Саша склонился над ее рукою и стал быстро