Ну? – угрюмо спросил Передонов.
– Вот ты любишь сладкое, – радостно говорил Володин, – а я такое кушанье знаю, что ты пальчики оближешь.
– Я сам все вкусные кушанья знаю, – сказал Передонов.
Володин сделал обиженное лицо.
– Может быть, – сказал он, – вы, Ардальон Борисыч, знаете все вкусные кушанья, которые делают у вас на родине, но как же вы можете знать все вкусные кушанья, которые делаются у меня на родине, если вы никогда на моей родине не были?
И, довольный убедительностью своего возражения, Володин засмеялся, заблеял.
– На твоей родине дохлых кошек жрут, – сердито сказал Передонов.
– Позвольте, Ардальон Борисыч, – визгливым и смеющимся голосом говорил Володин, – это, может быть, на вашей родине изволят кушать дохлых кошек, этого мы не будем касаться, а только ерлов вы никогда не кушали.
– Нет, не кушал, – признался Передонов.
– Что же это за кушанье такое? – спросила Варвара.
– А это вот что, – стал объяснять Володин, – знаете вы кутью?
– Ну, кто кутьи не знает, – ухмыляясь, ответила Варвара.
– Так вот, пшенная кутья, с изюмцем, с сахарцем, с миндалем, – это и есть ерлы.
И Володин подробно рассказал, как варят на его родине ерлы. Передонов слушал тоскливо. Кутья, – что ж, его в покойники, что ли, хочет записать Павлушка?
Володин предложил:
– Если вы хотите, чтоб все было, как следует, вы дайте мне материал, а я вам и сварю.
– Пусти козла в огород, – угрюмо сказал Передонов.
“Еще подсыплет чего-нибудь”, – подумал он. Володин опять обиделся.
– Если вы думаете, Ардальон Борисыч, что я у вас стяну сахарцу, так вы ошибаетесь, – мне вашего сахарцу не надо.
– Ну, что там валять петрушку, – перебила Варвара. – Ведь вы знаете, у него все привереды. Приходите и варите.
– Сам и есть будешь, – сказал Передонов.
– Это почему же? – дребезжащим от обиды голосом спросил Володин.
– Потому, что гадость.
– Как вам угодно, Ардальон Борисыч, – пожимая